Cегодня, как известно, Международный день моря. Кроме того еще и Рош а–Шан или еврейский Новый Год, а Новый Год — праздник зимний, а зима — время снежное. А море и снег  — это прекрасный повод поделить Арктику.

Если кому интересно, откуда пошли территориальные претензии в Арктике, как они разрешались и разрешаются, пройдет ли все мирно, или будем решать вопрос как эскимосы — с веревкой и двумя ножами, то добро пожаловать.

Немного истории.

Все началось, когда Колумб прокинул европейцев с морским путем в Индии, вместо него открыв бесполезные Америки. Нет, конечно, движ существовал и до того — всякие поморы и викинги, но все это были сугубо региональные проблемы.

Настоящие мутки начались с поисков Северо–Восточного прохода (он же Северный Морской Путь) из Европы в Азию. Признанным экспертам того времени в части открытий, испанцам и португальцам, было не до того, но в Европах нашлись и более чоткие парни — голландцы и англичане.

Англичанин Уиллоби в 1553 дошел до Новой Земли, но его экспедиция была больше торговой. Реально же одни из первых полярников был Виллем Баренц, который за три своих экспедиции (1594–1597), собранных специально для поиска Северного Морского Пути, продвинулся немногим дальше.

В 1608–1609 Человек–река Генри Гудзон (который на самом деле Henry Hudson) два раза пытался дойти до Азии, но утыкался в Новую Землю в первый раз из–за льдов, а во второй из–за неиллюзорной перспективы получить люлей от команды. Несмотря на явные провалы в достижении Китая и прочих восточных стран, Баренц и Гудзон наоткрывали много полезного. Во–первых, описали Новую Землю, во–вторых, открыли Шпицберген, а в–третьих, Гудзон, повернув в 1609 от Новой Земли, пересек Атлантику и открыл–описал много всякого, например Манхэттен.

В общем дело пошло.

В ходе своих безуспешных попыток пройти северными морями в Азию, европейцы узнали, что континент хоть и слабо, но вполне себе уже обитаем. А раз так, то можно и поторговать, причем по полной программе с открытием факторий, постов и т.д и т.п.

Но обитатели оказались не просто так абы кем, а очень даже российскоподданными.

Времена тогда были суровыми, и европецы не особо стеснялись отжимать колонии и территории, мотивируя это «защитой интересов подданных и торговли». Короче назревал первый арктический конфликт.

К несчастью для иностранных путешественников чадЪ кутежа в России закончился и воцарился Михаил Федорович, который хоть и жалок был, но (может быть и по указанию Филарета) разброд и шатания в северных морях запретил.

Причем сделал это с размахом:

«Путь из Архангельска до Оби продолжался от трех до четырех недель. А когда этим путем вознамерились ходить в Мангазею иностранцы, то царь Михаил Федорович грамотами 1616–1620 гг. не только строго запретил пропускать их туда, и русским, под страхом смертной казни показывать им путь, но даже и нашим торговым людям повелел ездить в Мангазею не иначе, как через Тобольск и Березов. А для преграждения пути по волоку на реках Мутной и Зеленой, приказано было построить остроги. Подобные меры так гибельно повлияли на русское, беломорское мореходство, что к исходу XVII столетия не только купцы, но и сами промышленники прекратили морские плавания на восток и даже на Новую Землю и ограничились только ближними водами.»

Обплыть проклятых русских более высокими  широтами техника тогда не позволяла, и мировая общественность дружно вколотила болт. Тем более, что дел и так хватало. Испанцы грабили индейцев, англичане осваивали Северную Америку, голландцы торговали специей, короче шла нормальная цивилизованная жизнь.

России достались в колонии не самые хорошие земли (чего там брать было? )  Горного дела не было, пахать мерзлоту тяжело.

Поэтому основным двигателем российской колонизации Арктики стала пушнина.

В колониально–торговом угаре в 1648 году Семен Дежнев открыл Берингов пролив, ну или пролив между Азией и Северной Америкой, пройдя от Нижнеколымска до Анадыря.

В 1712 Меркурий Вагин открыл Новосибирские острова.

С присоединением Дальнего Востока и Камчатки россияне зачастили туда с экспедициями, и в 1728 Витус Беринг прошел проливом с юга. Прошел и стал авторитетом. Да настолько, что продавил организацую второй экспедиции или, как она известна, Великой Северной Экспедиции. Анна Иоановна дело одобрила, за что ей спасибо.

Отдельные отряды описали большие куски побережья Северного Ледовитого Океана, ну и еще по мелочи достижений типа открытия Аляски. Существование Северного Морского Пути, доказано не было. На этом доисторический период можно закончить, были еще, конечно, и дерзкий рывок Чичагова через полюс к Америке (неудачный) и пара–тройка других интересных моментов.

Одновременно европейцы пытались пробиться в Азию через другую сторону — Северо–Западный проход.

В конце 1570–х Фробишер достиг земли и, обнаружив местных монголов, решил что дело сделано. Однако монголоиды оказались эскимосами, а тонны «золотой» руды, которую он накопал — пиритом. Потом уже были экспедиции Гудзона, Баффина, Баттона и прочих, в принципе история исследования Западного сектора Арктики хорошо видна на карте Канады и Гудзонского залива в географических названиях. Все «первобытные» герои–полярники отметились, а некоторые и по несколько раз.

В представлении Ломоносова примерно в 1760–х Арктика выглядела так:
Короче в представлении Ломоносова примерно в 1760–х Арктика выглядела так:

Но главные события произошли много позже.

В XIV–XVI веках, да и в XVII–XVIII тоже Арктика мало кого волновала, в плане территориальных претензий.

Канадские земли были под условной юрисдикцией Британии, Гренландия под датско–норвежской, принадлежность Новой Земли Российской империи тоже никто не оспаривал. В  реальности всем было наплевать, и эти земли либо использовали коллективно, либо не использовали совсем. Дело было в основном в полной бессмысленности  этих территорий, сложности освоения и наличии более вменяемых объектов на карте.

Вообще мало было факта открытия для объявления земли колонией, нужно было основать в земле поселение, ну или как минимум факторию (что привело к забавным историческим казусам, например, — курляндская (латышская) колония Тобаго). Желающих селится в Арктике было не так что бы уж много — примеры норвежских и датских поселений в Гренландии не вдохновляли.

Основным экономическим драйвером северных территорий были добыча ворвани и шкур всяких каланов. Но шкурки на ранних этапах вполне скупались у аборигенов, периодически заходящими кораблями, а китобойный промысел был диким и не регулированным, поэтому дасткие базы мирно соседствовали с английскими  и были по сути временными стоянками.

Но тут наступил XIX век. Во–первых, закончились путевые земли, чтобы немного пооткрывать, во–вторых, появились пароходы с гребными винтами. И понеслось…

Все герои и просто безумцы кинулись в Арктику и Антарктику. За вторую половину XIX века их там полегло больше, чем за все предыдущее время.

Одним из самых известных моментов стала экспедиция Франклина (1845) по поискам… Северо–Западного прохода, конечно же. Короче все умерли, а чего еще ждать от экспедиции на кораблях с названиями «Террор»и «Эребус» ?

Там было всё: и трагедии, и непонятки, и нямка из человеков. Было и так понятно, что освоение новых земель — удел смелых, а тут еще прекрасный Дэн Симмонс творчески переосмыслил историю и написал «Террор».поэтому —  в Арктику ни ногой. А вообще эта экспедиция ещё сыграет свою роль в истории и приведет к некоторым территориальным претензиям.

Еще два важных события произошли 10 октября 1861 и 16 июля 1872. В первую дату родился Нансен, а во вторую Амундсен. Упомянуты они тут потому, что без них любой рассказ про Арктику  — бессмыслица.
Чтобы не писать килотонны букв о людях про которых и так все известно, кратко:

Нансен — это бог полярных исследований и норвежец, Амундсен — опять норвежец, покоритель Южного полюса и, что особенно важно, —  открыватель Северо–Западного прохода.

Было, конечно, много всякого: и гонка Пири–Кука на Северный полюс, и трагедия Скотта на Южном, и сотни менее известных людей замерзших во время зимовок…
ВНЕЗАПНО, даже для самого себя, в 1878–79 годах Адольф Норденшельде прошел по Северному пути с запада на восток и вернулся в Швецию через Суэцкий канал, впервые обогнув Евразию. Но до этого в колониальном угаре самая жалкая из великих империй Австро–Венгрия отправила экспедицию на поиск Северо–Восточного прохода (1873).

Кстати, пользовались они данными князя Кропоткина (того самого «который ссучил Ильича»), причем координаты он рассчитал сидя в Петропавловке по политическому делу. Такие вот были  диванные аналитики в прошлом.
По старой доброй традиции пароход «Тегетгофф» был затерт льдами у Новой Земли в 1873, но австриякам повезло — во время дрейфа их вынесло к неизвестным ранее островам, которые они и назвали в честь босса — Землей Франца–Иосифа.

В 1875 Нансен чутка подобламал «южных» полярников, доказав что вся их «земля» просто архипелаг мелких островов.
Последней из северных архипелагов была открыта Северная Земля, это произошло в 1913 году в ходе экспедиции Бориса Вилькицкого. Изначально острова назвали Землей Императора Николая II, а то как-то обидно было: у Франца–Иосифа есть Земля, у королевы Мод есть, а у Николая II нет.

В 1926 году большевики упразднили классовоневерное название и переименовали всякие острова Цесаревича Алексея и прочих детей, в привычные Пионер, Большевик и т.д.
Для рассказа о территориальных претензиях самое важное событие произошло в 1905 году: Норвегия разорвала унию со Швецией и резко пробудила национальное самосознание, вплоть до зачатков империализма.

Ну и собственно несколько поводов начать войну.
Сначала о простом — остров Врангеля.
Сначала о простом — остров Врангеля.

Потерявшийся в 1845 вместе с «Террором» и «Эребусом», Джон Франклин был женат. В следующие 14 лет его жена отправила около 40 экспедиций к северным берегам не только Аляски и Канады, но и России, потратив на это всё свое состояние. Во время одной из таких экспедиций  Уильям Кеннеди на «Изабелле» в 1854 дошел чуть ли не до Сибири.

Эти экспедиции нашли много чего (не нашли только Франклина), но нас сейчас интересует только одно открытие: в 1849 Генри Келлет на «Геральде» наткнулся в Чукотском море на кусок скалы размером 8х1км. Назвал он его, ясен пень, остров Геральда.

И понеслось… (Ну теоретически понеслось чуть раньше, когда в 1820 Фердинад Врангель отправил экспедицию на поиск неких северных островов, про которые все слышали, но никто не видел, но та экспедиция про… ну в общем ничего они не нашли).
В 1867 американский китобой Томас Лонг открыл остров Врангеля (он мимо поплавал и сказал, что нашел).

В 1879 Джон де Лонг (не путайте с Лонгом) на «Жаннете» вмерзает в лед где–то в районе островов Врангеля–Геральда. А в 1881 команде парохода «Корвин» удалось наконец–то высадится на острове Врангеля и по шустрому обозвать его (а заодно и остров Геральда) американской землей. Справедливости ради стоит отметить, что «Корвин» шарахался в тех широтах не просто так, он искал двух пропавших китобоев, ну и заодно «Жанетту» де Лонга.
Сам де Лонг тем временем дрейфовал на запад, открыв острова Беннета, Жанетты и Генриетты, а в сентябре 1881 его команде частично удалось добраться до материка, где их подобрали местные якуты.

В команду «Корвина» входил Джон Мюир (а я-то думал, что это только дерево из «Гипериона»), собственно из его записок и известно что: «Captain Hooper and his party, being the first to set foot upon Wrangell Land, exercised the privilege of taking possession of it in the name of the United States.»

Так все и было до 1911 года, когда на Врангеля высадилась команда ледокола «Вайгач» экспедиции Вилькицкого. Высадилась она не просто так, а как положено — с подъемом флага и прочими спецэффектами.

Дальнейшая судьба острова Врангеля связана с именем Вильямура Стефанссона.

В 1913 правительство Канады отправило его в экспедицию к архипелагу Перри. Неподалеку от острова Геральда флагман «Карлюк» («Karluk») дал течь и затонул. Кинутая Стефанссоном команда выбралась на остров Врангеля, и прозимовав там зиму/весну 1914 была снята американским судном «King&Winge» под командованием Олафа Свенсона.
В 1916 году Россия объявила остров своим, и всё.
В 1921 Стефанссон отправил вторую экспедицию на остров Врангеля, с целью колонизации его и присоединения к Канаде. Канадское правительство пошло в отказ, хитрый исландец задвинул ту же телегу британцам, они тоже отказались, однако колонисты (5 человек) были оставлены на острове. Выжила только Ада Блэкджек (могучая инуитская тетка), которую сняла в 1923 году вторая партия колонистов (13 человек), как ей удалось там выжить одной — никто не знает.
В 1924 правительство Советской России, устав от этой возни вокруг островов, выслало туда канонерскую лодку «Красный Октябрь», раздать люлей ну и, куда же без этого, поднять флаг. С этой задачей команда канонерки успешно справилась.

Дальше в истории острова было много чего, и первые советские колонисты в 1926, и поход Литке по их спасению в 29–ом, и вообще всякое. Но отжать остров уже никто не пытался. А после войны там создали оленеводческий совхоз и устроили заповедник.

Ну и немного избранного из Госдепа США.
«No negotiations regarding the U.S.–Russia maritime boundary have occurred since 1990, when the U.S.–USSR Maritime Boundary Agreement was signed. The negotiations that led to that agreement did not address the status of Wrangel Island, Herald Island, Bennett Island, Jeannette Island, or Henrietta Island, all of which lie off Russia’s Arctic coast, or Mednyy (Copper) Island or rocks off the coast of Mednyy Island in the Bering Sea. None of the islands or rocks above were included in the U.S. purchase of Alaska from Russia in 1867, and they have never been claimed by the United States, although Americans were involved in the discovery and exploration of some of them.»

Шпицберген

До 1920 года был ничьей землей (terra nullis), поэтому пользовались им все кто хотел. Китобои разных стран добывали китов, американцы копали уголь, метеостанции следили за погодой. Но самостоятельные норвеги лелеяли хитрый план прибрать всю тусовку к рукам. А потом случилась Вторая Мировая, и Европейцам стало не до Шпицбергена.

Вопрос повторно всплыл около 1920 года. За хорошее поведение, нейтральный статус и утрату торгового флота Норвегия получила архипелаг, что было закреплено Шпицбергенским трактатом, но получила не совсем, а с некими уникальными оговорками.

Любое государство, подписавшее документ, имело право пользования природными ресурсами островов и окрестных вод и право вести научную деятельность, ну и плюс демилитаризованный статус, беспошлинный вывоз произведенного на архипелаге и некоторые налоговые странности. Советская Россия в подписании не участвовала (да ее и не признавал никто за страну), но хитрожопые потомки викингов впихнули в Трактат статью 10:

В ожидании того, что признание Высокими Договаривающимися Державами Русского Правительства позволит России присоединиться к настоящему Договору, русские граждане и общества будут пользоваться теми же правами, что и граждане Высоких Договаривающихся Сторон.

 

Шпицберген
А позже сунули конфетку — полностью признали легитимность Советского режима и отказались от притязаний еще и на Землю Франца–Иосифа. Поэтому Советы в 1924 начали процедуру и к 1935 полностью присоединились к Трактату.
20–е — 30–е годы в мировой экономике были не самым хорошим временем, и к середине тридцатых годов практически все шахты и промыслы на Шпицбергене были закрыты.
Кроме, понятное дело, норвежского и советского. Store Norske и Арктикуголь.
Арктикуголь — это просто потрясающая история. Ну так чтобы понять размер потрясающности — Рубль Шпицбергена. Обратите внимание на дату последней эмиссии.
А еще весь уголь, который они добывают, идет на обогрев их же поселка на Шпицбергене. Одним словом, понятно, что проект этот чистая демонстрация присутствия.
В связи с нарастанием напряженности в Арктике Норвегия всячески пытается выжить нас с архипелага. Например, требуют снести наши фундаменты под антенны дальней связи.
К сожалению для Норвегии, эпоха больших друзей проходит, и уже сегодня о своих правах поиметь профит от Свальбарда вспоминают и американцы, и британцы. Ну и Россия тоже не в стороне.

Собственно, на этом заканчивается сухопутная часть истории и начинается более актуальная морская. Хотя была еще аннексия восточного побережья Гренландии Норвегией у Дании, которая началась как частная инициатива местных китобойных элит, но они сами офигели от своей наглости и спустили дело на тормозах через Лигу Наций. Война тогда была совсем рядом

Морские приключения

Море делили как бог на душу положит. Делили его не за нефть на шельфе (кто тогда о ней знал ?), а за рыбу и китов (Тресковая война между Англией и Исландией — 1 труп, между прочим, все серьезно).

Потом начали находить нефти. И понеслось. Экономические зоны расширили до 200 миль, шельф стали считать даже за пределами этой зоны. Арктике по причине неустоявшегося статуса досталось круче остальных регионов. Все сразу вспомнили старые обиды и телеги.
1) Море Бофорта.

Море Бофорта.

Спор между США и Канадой. Канадцы настаивают на границе определенной в договоре между Британией и Российской Империей от 1825 года, а американцы предлагают рисовать по средней линии. Кусок там всего–то в 7000 кв. миль, но вдруг нефть?
2) Хребет Ломоносова.
Это наверное самая известная и самая смелая наша предъява. Именно в него Чилигаров тыкал титановым флагом, именно он сулит нам приращение экономической зоны размером с половину Европы.

Хребет Ломоносова.

Суть в том, что если этот хребет есть продолжение континента с нашей стороны, то это типа шельф (условно), и значит мы можем увеличить экономическую зону, но датчане считают, например, что этот хребет продолжение Гренландии. А в 2010 кандацы выступили с телегой что вообще все неправда, и это канадская территория (хотя Стивен Харпер известен не только своей «любовью» к России, но еще больше фееричными заявлениями и действиями по Арктике). ООН думает, но заявку мы подали первыми. Хотя по тому как нас «любят» в мире, я думаю, что мало что получится.

3) «Серая зона»
Слава, слава Дмитрию! Разрешенный территориальный спор от 1978 года между Норвегией и Россией в Баренцевом море.
Однажды норвеги решили в очередной раз обмануть человечество с Трактатом о Шпицбергене и сделали вокруг него 200–мильную зону, что есть, в общем–то, нарушение. Эта граница уперлась на востоке в границу СССР, которому это  не понравилась, и начались трения и проблемы.

В 1978 году было принято соглашение о «серой зоне» с особыми правилами рыболовства, которые тут же принялись яростно нарушать. И все бы хорошо, но случился Штокман и свод Федорычева, часть которого вероятно в эту «серую зону» и попадает. Спорный кусок в этом районе солидный — 19400 ( здесь и далее — квадратные морские мили), из них спорных — 12000, норвежских — 6600, российских –800. В итоге поделили примерно поровну. Ну тут же патриотическая часть общественности начала вой о продаже Родины, а либеральная гундеть о том, что все хорошо, и теперь мы знаем что вот это — наше, а вот это — точно не наше.

Если спросите мое мнение, то я совершенно за это решение. Почему? Ну можно погуглить, например, острова Спратли, как пример неразрешенного во время территориального спора.

острова Спратли, как пример неразрешенного во время территориального спора.

 

Есть еще пара спорных участков между нами и Штатами, например:

Есть еще пара спорных участков между нами и Штатами, например:

И похожий около острова Врангеля.

Это даже не спорные территории, а скорее просто участки со всех сторон, окруженные ЭЭЗ России и США. Амеры давно подписали все документы, все вроде как договорено, ООН не против, а наша Дума встала в позу — ни пяди шельфа русского не отдадим (хотя вроде собирались ратифицировать).

Такие казусы не выгодны на самом деле никому. Вот похожий кусок был в Охотском море, со всех сторон ЭЭЗ России, но на этом пятаке могли ловить рыбу все, особенно японцы лютовали. В этом году всё признали российским, и теперь Охотское море — внутреннее море РФ.

Зачем все это?

Ну во–первых, в Арктике существует множество перспективных на углеводороды зон — тот же Свод Федынского, во–вторых, биоресурсы — рыбы и моллюски всякие, в–третьих, Северный Морской Путь и Северо–Западный проход, которые «с усилением глобального потепления и отступлением кромки постоянных льдов становятся доступнее для судоходства».

Но:
1) Нефть и газ на шельфе Арктики безусловно есть, и ее там, похоже, немало. Но сейчас речи о добыче где-нибудь в районе Хребта Ломоносова быть не может ровно потому, почему Баренц не мог пройти по СМП.
2) Рыба и прочее — имеет смысл только для западного сектора российской Арктики. За 20 с лишним лет на побережье восточной части я не видел ни одного рыболовного судна.
3) Морской путь — очень странная  вещь, вещь в себе. Я могу рассказывать про нее очень долго. А если коротко, то человек, который верит, что Тикси станет Сингапуром, скорее всего, сумасшедший.
4) Военные цели — вот это да. Здесь можно открывать военные базы (чем в СССР и занимались). Сейчас вот Канада подтягивается. Вообще если не считать конвойных войн времен Великой Отечественной, которые хоть и на сервере шли, но в относительно теплом секторе все–таки, по–настоящему боевая операция была лишь однажды — немецкая «Операция Вундерланд» с шизофреническим сражением тяжелого крейсера «Адмирал Шеер» с ледоколом (!!!) «Алексей Сибиряков» и атакой на порт Диксон.

3 Responses to Война за Арктику

  1. conc:

    я что–то не уверен в том, что Вейпрехт и Пайер пользовались сырыми данными Кропоткина (основанными, в свою очередь, на данных Шиллинга 1865 года), опубликованными сильно позже, по–моему, экспедиции 1873 года.

  2. hahak:

    мне фильм понравился про современное освоение Арктики. В прошлом году чуть ли не все атомные ледоколы плюс Пётр великий, десантные суда, корабли обеспечения участвовали. И всё это не учения, а работа по освоению территории, создания условий для существования. Без военных такое вряд ли возможно провернуть, нет других столь оснащённых организаций.

    В общем–то с точки зрения работы фильмы и любопытны.

    Начало можно смело промотать, второй фильм, примерно с 25–ой минутой, про картографов.

    При всей своей пустоте, север суров (ну, это понятно) и красив.

    • zzzzzzzzz:

      в 1998 я лично наблюдал легендарное пришествие «Уйкку» в Певек по СМП с запада. Это был первый коммерческий рейс иностранного судна по Севморпути да еще и в ноябре. Героические финны. Правда весь этот героический рейс был вызван тем что Назаров, тогдашний губернатор Чукотки проебал все планы по Северному завозу и городу реально оставалось топлива на неделю. А дальше все. Нам реально рассказывали что город без топлива и тепла проживет 36 часов, а потом не подлежит восстановлению. Вот и был организован этот мега–проход. Тогда еще весь атомфлот его обеспечивал. А у России просто не было судов–танкеров подходящего ледового класса. Кстати потом проблему решили изящно: «Уйкку» и его систершип «Лунни» теперь «Варгуза» и «Индига».
      Реальная история с той зимы.
      Сидим, бухаем. Кореш, работающий в коммуналке, говорит:
      — Ща я вам прикол покажу.
      Набирает телефон дежурного:
      — У меня в подъезде щит искрит, пришлите кого–нибудь.
      — Не можем, нет бензина.
      — А что же мне делать?
      — Ждите когда загорится и вызывайте пожарных.

Добавить комментарий